Армения после выборов: что ждёт отношения с Россией

12 июня 2026

7 июня 2026 года Армения проголосовала - и то, что произошло на этих выборах, выходит далеко за рамки обычного парламентского волеизъявления. Страна оказалась на развилке двух цивилизационных проектов, и её выбор - или точнее, его отсутствие - будет определять региональную геополитику на годы вперёд.

Кампания шла в условиях беспрецедентного давления с обеих сторон: Москва вводила торговые ограничения, Брюссель раздавал обещания, а сами армяне пытались понять, куда ведёт каждый из путей.

Как голосовала страна

По итогам обработки 100% бюллетеней партия премьер-министра Никола Пашиняна «Гражданский договор» набрала 49,82% голосов - чуть меньше половины, но достаточно для формирования правительства. Большинство оппозиционных партий не смогли преодолеть заградительный барьер, что автоматически перераспределяет мандаты в пользу прошедших сил. Явка по сравнению с выборами 2021 года выросла почти на десять процентных пунктов и приблизилась к 59%. Такой прирост активности свидетельствует о том, что общество ощутило подлинную важность этого голосования.

В парламент прошли два главных оппозиционных объединения. Блок «Сильная Армения» под руководством бизнесмена Самвела Карапетяна получил 29 мандатов. Правоцентристский альянс «Армения» экс-президента Роберта Кочаряна занял 12 мест. Оба блока позиционируют себя как пророссийски ориентированные. Партия «Процветающая Армения» оказалась на грани прохождения: 3,996% при барьере в 4%. Её представители заявили о пропаже 120 голосов на четырёх участках и потребовали пересчёта.

Пашинян объявил о победе ещё до подведения официальных итогов и сразу пообещал привлечь к уголовной ответственности Карапетяна, Кочаряна и Гагика Царукяна, назвав их «представителями криминальной олигархической системы».

Как Москва давила на выборы

Кампания была беспрецедентно острой. Один из ключевых сторонников Карапетяна, Алик Алексанян, был задержан 3 июня по подозрению в отмывании денег и подкупе избирателей. Часть кандидатов от «Сильной Армении» встретила день голосования за решёткой, оппозиционных активистов задерживали прямо во время агитации. Политолог Карен Игитян заявил, что выборы проходили «в условиях жёсткого административного давления» и что их результаты «находятся под большим вопросом». Схожие оценки дали и наблюдатели ОБСЕ, зафиксировавшие нарушения и неравные условия кампании.

Россия накануне голосования ввела запрет на импорт армянского коньяка, вин, минеральной воды «Джермук», цветов и рыбной продукции. 29 мая лидеры России, Беларуси, Казахстана и Кыргызстана совместно потребовали от Еревана провести срочный референдум о выборе между ЕАЭС и Евросоюзом. Владимир Путин провёл публичную параллель между ситуацией в Армении и украинским кризисом 2014 года, Дмитрий Медведев сравнил Пашиняна с Троцким. По оценке наблюдателей, торговые ограничения были адресованы прежде всего армянским предпринимателям, зависящим от российского рынка.

Однако сам Пашинян после победы сменил тональность: заявил, что поддерживает «очень тесные отношения» с Путиным и что Армения не может быть исключена из ЕАЭС в одностороннем порядке, поскольку «все решения там принимаются консенсусом».

Победа без конституционного большинства

У победы Пашиняна есть принципиальное ограничение. Для проведения референдума о поправках к Конституции нужно конституционное большинство - его нет. А этот референдум нужен армянскому премьеру по вполне конкретной причине: Азербайджан, с которым идут переговоры о мирном договоре, требует убрать из Основного закона страны упоминания о воссоединении с Нагорным Карабахом. Без изменения конституционного текста мирный договор с Баку остаётся в подвешенном состоянии.

Пророссийская оппозиция теперь представляет реальный парламентский противовес. Любые радикальные шаги - подготовка выхода из ЕАЭС, официальный разрыв с ОДКБ, заявка на членство в ЕС - неизбежно столкнутся с блокирующим сопротивлением внутри Национального собрания.

Три сценария для отношений с Россией

Эксперты сходятся на том, что быстрой определённости не наступит. Просматриваются три вероятных сценария.

Медленное расхождение без разрыва. Наиболее реалистичный вариант. Пашинян продолжит декларировать прагматизм и отказ от окончательного выбора между Востоком и Западом. Армения останется в ЕАЭС, сохранит технические связи с ОДКБ, но параллельно будет углублять контакты с ЕС. Отношения с Россией продолжат охлаждаться, однако без драматических разрывов. Аналитик Грант Микаелян допускает некоторую стабилизацию при таком сценарии, но считает устойчивое потепление маловероятным.

Форсированная евроинтеграция. Если Пашинян попытается ускорить западный курс - провести конституционные изменения, выйти из ЕАЭС, подписать соглашение об ассоциации с ЕС - это спровоцирует жёсткую реакцию Москвы. У России остаётся значительный инструментарий давления: расширение торговых ограничений, повышение цен на газ, ужесточение условий для армянских трудовых мигрантов. Политолог Фёдор Лукьянов считает, что Пашинян для оправдания сближения с Азербайджаном и Турцией будет акцентировать западный вектор - а это неизбежно ведёт к дальнейшему охлаждению с Москвой.

Смена власти и разворот. Теоретически оппозиция могла бы воспользоваться экономическими трудностями для перехвата инициативы. Однако объединение «Сильной Армении» и блока «Армения» в единый фронт выглядит маловероятным: у Карапетяна и Кочаряна разные ресурсные базы и разные электораты. Анонсированные Пашиняном уголовные дела против обоих лидеров дополнительно ослабят их позиции.

Аналитик Ордуханян констатирует, что армяно-российские отношения сейчас находятся на рекордно низком уровне за последние 200 лет - и в обозримой перспективе ситуация будет лишь ухудшаться.

Между двух огней

Голосование 7 июня не поставило точку в армянской геополитической дискуссии - оно лишь обозначило новый этап. Пашинян сохранил власть, но оказался скован парламентскими реалиями. Россия не смогла изменить исход через избирательный процесс, однако сохранила рычаги экономического и энергетического давления. ЕС поздравил победителя, но конкретных гарантий безопасности Еревану не предложил.

В этой системе координат Армения напоминает страну, балансирующую между двумя мощными притяжениями. Насколько долго это равновесие останется устойчивым - покажут ближайшие месяцы. Мирный договор с Азербайджаном, судьба конституционных поправок и следующий газовый контракт с Россией станут теми тремя проверками, по итогам которых и можно будет говорить о реальном направлении движения страны.